А.Лопота - интервью в журнале "Управление бизнесом"

 

Журнал «Управление бизнесом» апрель 2018 (№40)

Все контуры управления

Александр Лопота: научные организации будущего станут совокупностью цифровых технологий и традиционных подходов к генерации знаний

В январе 2018 года расположенный в Санкт-Петербурге Государственный научный центр РФ «Центральный научно-исследовательский и опытно-конструкторский институт робототехники и технической кибернетики» (ГНЦ РФ ЦНИИ РТК) праздновал 50-летие с момента своего образования. Директор - главный конструктор ГНЦ РФ ЦНИИ РТК Александр Лопота рассказал журналу «Управление бизнесом» о том, какие задачи стоят перед институтом и как будет происходить трансформация бизнеса в условиях цифровой экономики.

- С каким настроением коллектив института встретил полувековой юбилей?

- Настроение позитивное, конечно же. За минувшие годы реализовано много проектов, оказавших серьезное влияние на развитие робототехники и кибернетики, созданы важные заделы в различных областях науки и промышленных разработок. Настроение хорошее еще и потому, что робототехника в рамках государственной политики объявлена приоритетным направлением, и это открывает новые перспективы, хотя и накладывает гораздо большую ответственность на коллектив института.

Я возглавил институт в 2009 году. Мы продолжили дело, начатое отцами-основателями ЦНИИ РТК несколько десятилетий назад. Сохранили основной коллектив разработчиков, при этом значительно омолодили его состав. Средний возраст сотрудников института - 43 года, поэтому показателю мы одна из самых молодых научно-исследовательских организаций в стране. Большинству руководителей научно-технических отделений меньше 40 лет.

Да, молодым ребятам порой не хватает опыта, случаются ошибки, но качество и темп работы совсем иные. Хотел бы поблагодарить наших ветеранов, которые передают опыт молодому поколению.

Наставничество, конечно, непростая история - случаются и ревность, и нежелание передавать свои знания. Есть и обратная реакция: редко кто из молодых, не имея опыта общения с наставниками, достойно воспринимает мнение старшего поколения - всем присущ нигилизм, максимализм. Чем ближе между собой сотрудники по возрасту, тем лучше. Когда 20-30 лет разницы в возрасте, передача знаний идет достаточно тяжело. Лучшее возрастное различие в научном учреждении - 10 лет между поколениями.

У нас в институте достигнут компромисс. Если мы правильно и достойно принимаем изменения, то можем двигаться вперед. Меняя себя, меняя систему - только так можно находиться в согласованном темпе с теми переменами, которые происходят постоянно.

- Институт развивался постепенно или были прорывные моменты, способствовавшие качественному продвижению в научной и промышленной среде?

- Наш институт - уникальная организация. Это гибрид как с точки зрения организации и управленческих процессов, так и с точки зрения технических компетенций. В каких-то областях мы развиваемся эволюционно, в других - революционно.

Все это основывается на личностях, на индивидуальных особенностях руководителей направлений. Идеальный вариант - быстрота в принятии решений и системный поиск новых ниш для развития и новых заказчиков.

Первая революционная веха, давшая начало нашему институту, - разработка системы управления мягкой посадкой спускаемых аппаратов кораблей «Союз». Идеолог этой системы и основатель ЦНИИ РТК - Евгений Иванович Юревич. Работа началась в конце 60-х годов, за несколько лет была доведена до создания опытных образцов и реализована в серийном производстве.

Еще один масштабный проект - разработка системы бортовых манипуляторов для космического корабля «Буран». Это была комплексная фундаментальная работа - институт работал над этой задачей около 10 лет.

К сожалению, проект «Буран» был закрыт, наша система не полетела в космос. Но опыт создания космической робототехники мы получили именно на этом проекте. И сейчас обладаем всеми необходимыми компетенциями, зная, что такое космическая робототехника, регламенты, сдача в жестких условиях работы с государственным заказчиком.

В 1986 году случилась трагедия в Чернобыле, и знания сотрудников института в области радиации и робототехники оказались очень востребованными, когда перед учреждением была поставлена задача по созданию в кратчайшие сроки дистанционно управляемых робототехнических комплексов для измерения уровня радиации и очистки территории. В течение месяца были созданы первые образцы робототехники для оснащения войск, которые проводили дезактивацию территорий. Всего было создано несколько десятков роботов для разведки и расчистки крыши поврежденного взрывом четвертого энергоблока. Именно тогда сформировалось направление экстремальной робототехники, которое до сих пор является для ЦНИИ РТК определяющим. Так стали развиваться направления радиационного мониторинга и разведки.

Накапливая революционный опыт, мы получали эволюционное развитие конкретных систем, конкретного оборудования. Быстрый рост компетенций при разработке системы управления мягкой посадкой позволил долгие годы развивать направление космического приборостроения. Космическая робототехника обеспечила развитие робототехники наземной и специальной.

Ведь промышленная робототехника с 70-х годов прошлого века фактически деградировала, перевоплотилась в специальную робототехнику. Такие импульсы в течение долгих лет позволяли сохранять институт, обеспечивать выживаемость в сложные годы новейшей истории.

Уникальность института также в том, что наши компетенции распространяются от подводной среды до космоса. Не могу сказать, что это оптимальное решение: очень тяжело концентрироваться. Быстрый рост имеют узкоспециализированные организации - они могут максимально быстро, от руководителя до производственника, сконцентрировать знания и умения на конкретной деятельности. Мы не можем себе этого позволить в полной мере, несмотря на то что дивизионально институт распределен по различным направлениям. Дивизионы помогают друг другу в работе, но все равно широкое распределение ресурсов приводит к тому, что мы иногда упускаем определенные темы. Берем наиболее важные для нас на данный момент задачи, забывая про небольшие, но перспективные точки роста. Прежде всего это касается работы на рынках гражданской робототехники. Наши основные компетенции - выполнение особых сложных задач, создание специальной техники. Гражданский рынок, таким образом, в последние годы уходил отчасти на второй план.

Но сейчас мы стараемся активно работать именно в гражданском сегменте, находить новые решения, новые компетенции. И, конечно, необходимо в этой связи менять менталитет сотрудников. Это сложная, долгосрочная задача, которую невозможно по щелчку пальцев решить в течение нескольких дней или даже месяцев. Потребуются годы перестройки менталитета, знаний, инфраструктуры, выстраивания взаимосвязей по кооперации и взаимодействию с заказчиком.

Для этого необходимы также изменения менталитета заказчика, подходов и воззрений наших руководителей в министерствах, которые должны широко видеть межотраслевые взаимосвязи. Ведь не только наш институт уникален. Робототехника сама по себе уникальная наука, она обеспечивает интеграцию различных дисциплин. Механика, электроника, управление и так далее - это искусство соединить между собой разные подсистемы. Специалисты, которые работают в этой области, могут развиваться в разных направлениях.

- Про робототехнику и кибернетику в здании на Тихорецком проспекте в Петербурге, где расположен ваш институт, начали говорить задолго до того, как эти понятия приобрели масштабное звучание. Робототехника и кибернетика сегодня - что это?

- С точки зрения терминологии ничего не поменялось. Но идет изменение акцентов и приоритетов в развитии. Мы входим в эпоху больших данных, индустрии 4.0, цифровых технологий. Робототехника - часть этой системы, изменение понятий и подходов приводит к новым знаниям. Как мы с этим должны жить, как должны менять систему управления, программное обеспечение и интерфейсы взаимодействия между подсистемами? У нас нет проблем в создании любой механической части оборудования, но знания об управлении этим «железом» нужно постоянно дополнять, иначе это всегда будет слабое место.

Важно также уделять особое внимание проблематике технологической безопасности, это один из основных акцентов в кибернетике. Без человека робот в ближайшие сто лет вряд ли будет самостоятельно существовать. Фантасты предрекают революции роботов. Я в это не верю на ближайшее время. Так как мы находимся ближе к управлению «железом», я понимаю, что такие революции вряд ли возможны.

 - Основные заказчики института - из ракетно-космической промышленности?

- У нас прекрасные компетенции в сфере космической робототехники, однако космическое направление не является для института бюджетообразующим. Хотелось бы большего развития этого направления, но мы видим текущую ситуацию.

В рамках существующей федеральной космической программы не так много проектов направлено на развитие робототехники. Однако сегодня идут революционные изменения в технике, и весь мир с точки зрения космонавтики находится в паузе, в ожидании чего-то нового. Прорыва в двигателестроении, материаловедении, в стратегии развития космонавтики по исследованию других планет. Надеюсь, в ближайшие годы федеральная программа будет пересмотрена и робототехника все же станет одной из системообразующих подпрограмм.

Мы в институте заранее формируем соответствующие заделы, чтобы быть востребованными на этих рынках и дать достойные предложения. В прошлые годы разрабатывали «дорожную карту» развития космической робототехники, привязанную к космической программе. Начало освоения Луны или Марса однозначно не может обойтись без применения роботов, они должны первыми прийти на планеты, создать среду обитания для человека.

 - Как вы оцениваете качество взаимодействия государственных заказчиков с исполнителями работ?

- Заказчик заказчику рознь. И в ракетно-космической отрасли, и в других направлениях работы есть заказчики, с которыми выстроены хорошие взаимоотношения, с другими сохраняем нейтральное рабочее общение. В последние годы взаимодействие стало очень конструктивным. От нас больше стали требовать. Уделяется больше внимания качеству и доведению изделия до законченного вида. Да, нас это тонизирует. Интегральный срез: происходит ужесточение требований к исполнителям, и мы будем этим требованиям соответствовать.

- Насколько высока конкуренция на профильных рынках?

- Очень высока. Причем высока искусственно. Сточки зрения компетенций конкуренции почти нет, но вот с точки зрения ресурсов - она высочайшая. Количество робототехников в стране, тех, кто хочет заниматься этим направлением и находится на стадии реализации своих замыслов, зашкаливает. На наш взгляд, это «раздергивание» ресурсов. Но при этом опять же для тонуса института хорошо, чтобы мы боролись за место под солнцем и за эти ресурсы.

В отрасль приходят компании, которые утверждают что могут сделать любые работы. Но когда берутся за дело, получают ресурс - итогового результата выдать не могут. Это отбрасывает страну назад в выполнении реальных задач. Ожидаю, что в ближайшее время наши заказчики и в принципе вся государственная система выстроят этот механизм более четко, с жесткой селекцией исполнителей и определением ключевых компетенций. Это государственная задача: если мы не регулируем конкуренцию, то можем потерять ресурсы. Выигрывают иногда не более грамотные, а более шустрые. Должен б компромисс, баланс между шустрыми и грамотными- для удержания и наращивания технологических компетенций в стране.

 - Какие решения необходимо предпринять на федеральном уровне для поддержки отечественной науки?

- Это больной вопрос. Без формирования заделов не может быть результатов. Заказчик требует от нас фантастических результатов. Новая парадигма: за меньшие сроки и меньшие деньги дать приемлемый результат. Сделать что-то быстро возможно, но только если есть базовые разработки и четкое понимание архитектуры построения системы, взаимосвязи между подсистемами и унификации интерфейсов, техническая документация. Если их нет, то это авантюра. Да, мы должны быть и авантюристами в хорошем смысле этого слова. Кто не идет на риск - не получает качественных результатов. Но если риск неисполнения проекта превышает 90%, это абсурд. Научный задел можно разделить на две части. Долгосрочный - фундаментальные исследования - и среднесрочный - прикладные исследования.

Мы прикладной институт, работающий на конкретные заказы, и наши компетенции должны соответствовать периоду в 10 лет. Естественно, мы должны пользоваться фундаментальными знаниями других научных учрежденш Это цепочка, которая приводит к результату. Долгие годы мы живем теми исследованиями, что накапливались многие десятилетия. Сейчас эти знания практически исчерпаны. Не скажу, что мы не нарабатываем новые. Но это сложный процесс, ресурсоемкий.

Если будет развиваться направление фундаментальных научно-исследовательских работ, это будет хорошей поддержкой прикладным разработкам. За последние годы существенно сократились объемы научных исследований, это серьезный удар по развитию заделов, в том числе робототехники. Сократился объем опытно-конструкторских работ. Мы вынуждены идти  не всегда проводя полноценные исследования. Заказчик предлагает нам провести за свой счет исследовательские работы: «Потом посмотрим, соответствуют ли их результат  нашим интересам». Да, это тоже вариант для развития, но тогда должны быть другие ресурсы, другие организации которые позволяют формировать этот задел.

Как научно-исследовательской организации, нам тяжело формировать свой инвестиционный ресурс, чтобы тратить его на полномасштабные исследования. Сейчас за счет собственных средств мы финансируем максимум 20% от тех потребностей, которые необходим! нам для проведения масштабных исследований. И задачу государства - стимулировать проведение научно- исследовательских работ.

- Как вы решаете кадровые вопросы?

Много ли молодых ученых готовы работать в бюджетных организациях?

- Я уже говорил, что средний возраст наших сотрудников 43 года. Мы шли к достижению этого показателя пять лет. Меняли подходы к кадровой политике внутри института, выстраивали взаимодействие с вузами и школами. Сегодня активно работаем со школами. Проводим Кубок РТК, который выявляет талантливых ребят. Те, кто этот кубок выигрывает, уже маленькие разработчики, им нужны фундаментальные или базовые знания, которые дают университеты.

Как показывает опыт, наличие профильных кафедр в вузах, привлечение студентов на практику - один из самых успешных механизмов омолодить кадровый состав. Мы берем на работу в институт студентов начиная со 2-3-х курсов, и порядка 90% из их числа остаются у нас.

Интересные задачи, приличные финансовые условия, перспективы научного роста - думаю, это интересно многим молодым ученым.

К слову, отдельное направление - работа с государственным заказчиком. Это громадный опыт - проводить работы на территории заказчика, в жестком режиме сдавать технику. Не все выдерживают. Но те, кто проходит это испытание, становятся элитой разработки специальной техники.

- «Институт всегда был ориентирован на решение специальных задач. Однако современные тенденции в экономике заставляют заниматься разработкой и таких изделий, которые применимы в различных отраслях народного хозяйства», - говорили вы несколько лет назад. Что удалось сделать в сегменте гражданских проектов?

- Очень многие гражданские и коммерческие компании осознали перспективность робототехники и поняли, что ориентация на импортную технику в условиях сложной международной обстановки чревата серьезными проблемами в будущем. Все это открывает для института очень широкие перспективы в части коммерциализации разработок.

Задача развивать гражданские направления поставлена перед нами руководством страны. Да мы и сами понимаем, что развиваться важно не только по специальным техническим решениям, но и в народном хозяйстве. Нужно коммерциализировать те заделы, которые есть у института. На первом этапе этот процесс пока идет тяжело. Разработчики, привыкшие жить по одним регламентам, не могут сразу эффективно работать в народно-хозяйственном секторе. Тем не менее мы, к примеру, сформировали команду, которая работает по медицинской робототехнике. Уже есть пять проектов, по нескольким темам подходим если не к опытным образцам, то близко к ним. Построены действующие макеты, на которых идет отработка медицинских технологий. Начали сертификацию ряда изделий.

В частности, получили сертификаты на лазерные системы в урологии и хирургии. Работаем над перфузионными системами для трансплантологов. Прорабатывается концепт средств роботизации для хирургов. Но медицина - долгий путь. Требуется несколько лет только на сертификацию, проведение доклинических исследований. Еще минимум год-полтора уйдет на продвижение продукции.

Задумались - и уже делаем в этом направлении первые шаги - о разработках для сельского хозяйства. ЦНИИ РТК совместно с рядом организаций радиоэлектронной промышленности вошел в ассоциацию «ЭлектронАгро», нацеленную на решение проблем агропромышленного комплекса. С Петербургским тракторным заводом со следующего года запускаем проект по созданию беспилотного трактора.

Конечно, нам интересен нефтегазовый сектор. Уже несколько месяцев находимся в диалоге с корпорацией «Газпром», чтобы понимать стоящие перед ним задачи и то, как мы можем помочь эти задачи решить.

Да, не все проходит гладко. К примеру, прорабатывали тематику в части роботизации добывающих комплексов на нефтегазовых месторождениях. Представили разработку - оказалось, что с потребительской точки зрения такой комплекс должен быть иным. Теперь заново прорабатываем технические аспекты. Но я даже к проблемным вещам отношусь позитивно. Главное, «раскачали» сознание разработчиков, показали, что есть другие интересные рынки.

- Про автоматизацию производств, в том числе благодаря робототехническим комплексам, говорится постоянно на всех уровнях. Но готовы ли сами бизнесмены к внедрению подобных проектов?

- Сложный вопрос. Скорее нет, чем да. Дело в том, что это требует долгосрочных вложений, которые оправдывают себя только в стабильных условиях. Нас же постоянно лихорадит, если внутри страны ситуация стабилизируется, находятся «доброжелатели» со стороны, которые не дают нам заскучать. Потому и трудно обвинять бизнесменов - они не живут надеждами, они живут фактами.

- Как вы работаете на внешних рынках? Как сказалось на ваших исследованиях введение санкций и контрсанкций?

- В результате санкций существенно сократились наши контакты со специалистами из Германии и Японии, нашими традиционными партнерами, сильными в области робототехники. Но зато активизировались финские коллеги, которые выбрали российских робототехников в качестве наставников. Взаимодействие осуществляется преимущественно в научной сфере. Различие национальных стандартов не способствует сотрудничеству! в области разработки, хотя стой же Германией мы продолжаем вести совместные космические эксперименты, несмотря на санкции.

- ЦНИИ РТК в среднесрочной перспективе: как институт будет развиваться дальше? Как будут развиваться традиционные направления и какие новые точки качественного роста возможны?

- Запланирована серьезная реорганизация института, нацеленная на консолидацию усилий, формирование специализированных и активно взаимодействующих научно-технических подразделении. Проводится серьезная работа по цифровизации процессу исследований, разработки и производства продукции.

Ее цель - повышение эффективности деятельности за счет  грамотного планирования, распределения ресурсов, начиная от кадровых и заканчивая финансовыми.

Очень хочу увидеть качественные изменения в течение пяти лет. Но нужно отдавать отчет в том, что пять лет для традиционной сложившейся организации - небольшой период. Устои советских научных исследований оставили неизгладимый отпечаток на инфраструктуре всех научных организаций. Мы не исключение. Удалось поменять менталитет, но остаются моменты, которые нас сдерживают. Психологические, технические, регламентные.

Мы должны в государственном масштабе изменить подход к научно-исследовательским и опытно-конструкторским работам. Как по постановке задач, так и по приемке работ. Нужно глобально изменить подход разработчика к проведению исследования, его эргономике, знаниям.

В настоящее время в моде проектное управление. Но не вся методология накладывается на существующие стандарты. У нас есть ГОСТы, многие из которых устарели. Если мы будем действовать в рамках существующих ГОСТов, ничего не успеем. Невозможно разработать технику в течение нескольких лет в рамках традиционных подходов. Мы говорим про цифровую экономику.

Но ведь цифровое предприятие - это другие методы управления. По мановению волшебной палочки сделать это невозможно. Мы должны изменить людей через изменение структуры. Должны их учить. Цифровое управление в рамках жизненного цикла изделия - от идеи и рисунка до утилизации. Формирование статистики на каждом переделе. Это упреждающие воздействия на основе статистики, для того чтобы исправить ошибки, которые были совершены как при внедрении, так и при эксплуатации системы.

ЦНИИ РТК будущего - цифровой институт, где все бизнес-процессы имеют соответствующий образ, где идет формирование знаний, которые мы сможем эффективно интегрировать для решения задач заказчиков. Но «без фанатизма». Цифровизация ради цифровизации - неэффективное использование ресурсов. Цифровые технологии должны быть там, где они принесут максимальную маржинальность. Я бы больше сказал: нам нужно бережливое производство и - адаптируя этот термин к институту - бережливая разработка. Исследования не всегда цифровые. Но управление предприятием будущего - только цифровое. Мы должны избавиться от лишнего документооборота^ Согласовывать действия, используя информационные и сетевые технологии. Подобную модель мы для себя уже сформировали и отрабатываем ее практически.

Думаю, научные организации будущего станут совокупностью цифровых технологий и традиционных подходов к генерации знаний. Без бумаги тоже ничего не получится. Исследователь берет карандаш и начинает рисовать, оценивать. Потом уже переводит свой набросок в цифровое видение. Набросок - часть креатива, то, чем мы отличаемся от машин. Цифровые технологии помогут наиболее эффективно реализовать задумку автора.

Для нашего института при всех предлагаемых новациях главными задачами остаются сохранение мультидисциплинарности, широкого фронта работ и формирование структур, которые должны коммерциализировать наши знания, опыт и технологии, чтобы организация стабильно развивалась.

Георгий Дмитриев